iocube (Сергей Поликаров) (iocube) wrote,
iocube (Сергей Поликаров)
iocube

Отрывок из книги из книги Бразертона Р. Недоверчивые умы. Чем нас привлекают теории заговоров

  
  Отрывок из книги Бразертона Р. Недоверчивые умы. Чем нас привлекают теории заговоров
  Существует и вторая причина, почему мы можем судить о том, что конспирология основана не только на фактах. Если предположение о заговоре строится на основе различных событий, не связанных между собой, их обычно не считают результатом заговоров групп, действующих раздельно и имеющих собственные причины и задачи. Вместо этого конспирологи обладают замечательной способностью сплетать множество, казалось бы, разрозненных событий в единую сложную систему.
  Так, во многих теориях утверждается, что стрельба в «Сэнди-Хук» — это не отдельное событие, а всего лишь одна из провокационных операций наряду с массовыми убийствами в школе «Колумбайн», в Виргинском политехническом институте, в кинотеатре в городе Орора (штат Колорадо), в сикхском храме в Висконсине, в торговом центре в Орегоне, и это еще далеко не все. По версии конспирологов, все эти ужасные события были частью одного-единственного заговора: обмана, устроенного спецслужбами, чтобы отменить вторую поправку к конституции, которая гарантирует право на ношение оружия...
  ...Для конспирологического мышления характерно все, что происходит в мире, считать маленьким фрагментом большой системы. Когда репортер канадской газеты National Post Джонатан Кей для своей книги «Среди искателей правды» (Among the Truthers) проводил интервью с конспирологами, он обнаружил, что разговоры о событиях 11 сентября часто перескакивают на другие теории заговора, особенно на тему убийства Кеннеди. Кей писал: «Присмотритесь к немолодому участнику движения „За истину в 9/11“ и почти наверняка найдете сторонника конспирологической версии убийства Кеннеди»{209}. Я обнаружил ту же тенденцию, выступая на Бильдербергском фриндж-фестивале (Bilderberg Fringe Festival) перед небольшой группой людей, которые объясняли все, от глобального потепления до чумы, проявлением какого-то зловещего заговора. (Подробнее об этом фестивале мы поговорим в главе 6.)...
  ...Короче говоря, люди не склонны вестись лишь на одну-единственную конспирологическую теорию. Точнее, тот, кто верит в теорию заговора в одном случае, скорее всего, полагает, что многие другие события тоже лучше всего объясняются похожими сговорами, интригами и сокрытием информации. Подобным же образом кто-то, кто сомневается в какой-то одной теории заговора, скорее всего, будет сомневаться и во многих других.
  Это вполне предсказуемо. Мы все оказывались в ситуации, когда спорили с кем-то, кто верит, что все происходящее вокруг свидетельствует о заговоре. Но в то же время тут есть удивительные моменты. Подозрение о том, что бессмысленная стрельба во Франции была спланирована спецслужбами, очевидно, никак не связано с тем, была ли британская принцесса убита в интересах монархии, что, в свою очередь, не имеет отношения к вопросу о том, есть ли у американского правительства секретное оборудование для влияния на погоду и сняты ли кадры с Нилом Армстронгом, совершающим «гигантский скачок человечества», на поверхности Луны или в киностудии на земле. Для беспристрастного исследователя каждая из этих версий имела бы свою степень правдоподобности. Но в действительности получается не так. Мы наблюдали это явление, когда обсуждали склонность одновременно считать заговором текущие события и рассматривать отдельные заговоры как часть единого целого. Важно убедиться, что мы беспристрастны и не занимаемся выискиванием нетипичных примеров. Нам следует вернуться от отдельных наблюдений к точным данным.
  Когда речь идет об объективной оценке веры в теории заговора, психологам недостаточно просто спросить людей, считают ли они, скажем, что трагедию 11 сентября организовали спецслужбы, или нет. Дело в том, что нас интересует не только образ мыслей самых отъявленных конспирологов, но и как люди вообще начинают во что-то верить. Конечно, есть те, кто абсолютно убежден, что события 11 сентября устроили спецслужбы, и есть другие, уверенные в том, что это не так, но мнения большинства людей расположены где-то посередине между полным принятием и отрицанием. Возможно, у вас имеется слабое подозрение, что это был заговор, или же вы абсолютно уверены, что заговора не было, а может, у вас вообще отсутствует мнение на этот счет. Убеждения – не двоичная система «все или ничего», в действительности существует весь спектр мнений. Мы хотим собрать воедино все возможные варианты, поэтому нам мало было просто узнать, верит человек или нет. Также недостаточно оценивать веру только в одну теорию. Чтобы выяснить, существуют ли какие-то закономерности в отношениях людей к различным конспирологическим теориям, нам надо было спрашивать про многие из них.
  Абстрактные рассуждения могут показаться сложными, однако на практике все довольно просто. Представьте (а лучше запишите на листке) числа от 1 до 7 в ряд, слева направо. Число 1 означает, что вы полностью убеждены в том, что события 11 сентября не были подстроены спецслужбами США, число 7 – вашу уверенность в том, что события были подстроены, а число 4, расположенное в середине ряда, означает, что вы колеблетесь между двумя версиями и не можете определиться. Промежуточные цифры отражают различные степени сомнения или уверенности. Какую цифру вы обведете? Теперь представьте ниже второй ряд цифр. Скажем, на этот раз речь идет об убийстве Кеннеди. Цифра 1 означает вашу уверенность в том, что Ли Харви Освальд был один, 7 – вы уверены, что он не был один, и т. д. Теперь представьте еще следующую шкалу под этими двумя, на этот раз про высадку на Луну, еще одну – для идеи о том, что небольшая тайная группа контролирует происходящее в мире, и другие линейки цифр для любых теорий заговора, которые вам по душе.
  Есть ли закономерность в расположении обведенных вами кружочков? Не существует причин, препятствующих широкому разбросу ответов. Действительно, у некоторых людей так и получается. Но если такие опросники заполнит большое количество людей, мы обнаружим, что чаще всего ответы образуют прямую вертикальную линию. Скажем, если вы оценили свою веру в конспирологическую версию событий 11 сентября на 3 балла, высока вероятность, что остальные события будут оценены примерно так же. Те, кто выбрал 5 или 6 баллов в вопросе о высадке на Луну, скорее всего, в вопросах об 11 сентября, убийстве Кеннеди, «Новом мировом порядке» и других теорий выберет тот же уровень «умеренного доверия». Говоря научным языком, вера в одну конспирологическую теорию коррелирует с верой в другие, даже если между ними не прослеживается никакой очевидной логической связи.
  За редким исключением почти в каждом исследовании, где наблюдали за тем, как вера в какую-то конспирологическую теорию связана с верой в другие похожие теории, эти корреляции были найдены. Американцы, верящие в то, что их правительство скрывает появление инопланетян в «Зоне 51», с большей вероятностью будут считать, что прививки опасны{211}. Лондонцы, подозревающие, что взрывы в метро 7 июля 2005 г. были заговором, с большей вероятностью заподозрят, что убийство Мартина Лютера Кинга спланировано спецслужбами США{212}. Австрийцы, принимающие конспирологическую версию похищения Наташи Кампуш, с большей вероятностью верили в то, что СПИД был создан спецслужбами США{213}. Немцы, считающие, что высадка на Луну – обман, чаще верили, что «Новый мировой порядок» планирует захват власти{214}. Те читатели блогов, посвященных научному изучению климата, которые думали, что изменение климата – это ложь, чаще считали, что принцессу Диану ликвидировали по распоряжению британской королевской семьи{215}.
  Пожалуй, самый яркий пример предсказательной способности нашей модели – это то, что психологам удалось создать выдуманную теорию заговора, в которую поверили некоторые люди. Для исследования, которое проводилось в Австрии группой под руководством Вирена Свами, ученые сочинили конспирологическую теорию про популярный энергетический напиток Red Bull{216}. Утверждалось, что в Red Bull содержатся запрещенные вещества (метко названные экстрактом testiculus taurus[11]), которые вызывают привыкание к этому напитку и, что еще страшнее, приводят к появлению у лабораторных крыс зачаточных крыльев (отсюда якобы взялся слоган «Red Bull окрыляет»). Согласно теории, напиток смог пробиться на рынок благодаря тому, что его создатель подкупил органы контроля за пищевым производством. Для создания липовой конспирологической теории Red Bull выбрали не случайно, а с учетом его актуальности для австрийцев, принимавших участие в исследованиях. Red Bull был создан в Австрии, и компания-производитель за последние несколько десятилетий стала одной из наиболее успешных австрийских компаний. По словам исследователей, утверждение, что успех Red Bull объясняется заговором, должно было обеспечить «хорошую почву для конспирологии». И действительно, некоторые люди сочли версию правдоподобной. Как и ожидалось, на эту полностью вымышленную теорию заговора купились те же, кто верил в конспирологическую версию убийства Кеннеди, организацию спецслужбами событий 11 сентября, попытки «Нового мирового порядка» захватить власть над миром и т. д. С другой стороны, те, кто сомневался в старых теориях заговора, усомнились и в новой.
  Короче говоря, детали очередной теории, по-видимому, не имеют большого значения. Если вы знаете, как человек относится к одной теории заговора, вы можете с большой степенью точности предсказать его отношение к другим конспирологическим теориям, даже если очевидной связи между ними не прослеживается...
  ...Почему, если вы верите в одну теорию заговора, вы, скорее всего, поведетесь и на другие или, наоборот, сомнение в одной из них означает, что вы, весьма вероятно, отвергнете и прочие? По мнению социолога Теда Герцеля, один из возможных ответов в том, что конспирологическое мышление использует изворотливую логику, согласно которой, если одна теория заговора верна, это может служить доказательством истинности других подобных теорий{217}. Если вы считаете, что к убийству Кеннеди приложили руку сотрудники спецслужб, то, скорее всего, и в чем-то вроде событий 11 сентября они тоже замешаны. И если власти убивают своих граждан, устраивая ложные теракты, что мешает им тайно отравлять нас водой с химикатами или вакцинами, содержащими токсины? И если они без зазрения совести врут своим гражданам про здоровье и безопасность, то почему бы им не подделать высадку на Луну и не скрыть существование инопланетян? И если маленькая группа предателей и заговорщиков может творить все это безнаказанно, то вполне возможно, что существует некая тайная элита, которая планирует все происходящее в мире. И так далее и так далее. По мнению Герцеля, теории заговора образуют самовоспроизводящуюся систему убеждений, где вера в один из заговоров подкрепляет веру в другой. Если вы не готовы сделать первый шаг – поверить в одну из теорий, все остальные выглядят для вас одинаково неправдоподобно. Но стоит повестись на одну из них, и сразу же распахнутся ворота для всех остальных.
  В принципе, когда люди убеждаются, что одна конспирологическая теория может быть правдой, они становятся более восприимчивыми к другим теориям, вроде бы не связанным с предыдущей. Допустим, я скажу вам, что есть основания для сомнений по поводу автомобильной катастрофы, в которой погибла принцесса Диана. Не секрет, что британское правительство не одобряло ни отношений Дианы с египтянином Доди аль-Файедом, ни ее все более активного участия в политике. Всего за три дня до смерти появилось интервью, в котором принцесса назвала правительство «безнадежным». Политики жаждали ее крови, делая язвительные замечания вроде: «Зачем эта женщина вмешивается в политику, почему она не ограничится старушками и маленькими детьми? Она как с цепи сорвалась». Учитывая все это, возникает вполне резонный вопрос, была смерть Дианы трагической случайностью или чем-то иным.
  Во всяком случае, именно это рассказали психологи Даниэль Джолли и Карен Дуглас половине людей из группы, принимавшей участие в исследованиях в 2014 г. Вторая половина участников читала такой же набор утверждений, но поданных с противоположного ракурса для опровержения теории заговора: «Известно, что популярность принцессы Дианы создавала сложности некоторым членам правительства. Однако нет совершенно никаких оснований подозревать, что британское правительство имеет отношение к ее смерти ‹…› это была трагическая случайность». Неудивительно, что люди, читавшие доводы в пользу конспирологической версии, больше верили, что автокатастрофа, в которой погибла принцесса Диана, была убийством. Гораздо интереснее, что они стали более восприимчивы к теориям заговора вообще, например легче верили, что правительство постоянно участвует в тайных международных планах и интригах. Как и предполагалось, после того, как конспирологическая теория о принцессе Диане стала казаться правдоподобной, открылась возможности верить во множество других тайн и заговоров{218}.
  ...Мы приближаемся к самой сути конспирологического мышления. Сила вашей веры в конкретную теорию заговора зависит не только от обстоятельств дела и от замеченной Герцелем закономерности, когда вера в одну теорию способствует вере и в другие. В большей степени ваше отношение к каждой конкретной конспирологической теории определяется тем, насколько вы соглашаетесь с набором общих представлений о мире, включающим следующие: кто-то все время обманывает, многое происходит незамеченным, мы никогда не рассказываем все до конца. То есть тем, насколько конспирологично ваше мышление. С этой точки зрения склонность к конспирологии – это почти черта характера. Если мы знаем, что человек экстраверт, мы можем предсказать его поведение во многих социальных ситуациях, точно так же, зная степень склонности человека к конспирологии, мы можем представить себе его отношение к разным теориям заговора.
  Многие люди, особенно те, кто верит в теории заговора, могут возмутиться и заявить, что психологическая предрасположенность к конспирологическому мышлению – это вздор. Они возразят: «Психология тут ни при чем, факты говорят сами за себя». Такой протест вполне естественен. Когда мы во что-то верим, мы не объясняем это какими-то непонятными особенностями мировоззрения, мы думаем, что идея верна независимо от наших личных слабостей и предпочтений. Однако, если вера в теории заговора имеет психологические предпосылки, это не означает, что она какая-то ненормальная. На самом деле если не все, то большая часть убеждений определяются нашими психологическими особенностями.
  Влияние мировоззрения легче всего обнаружить, когда речь идет о политике. В качестве примера Джо Усцински и Джозеф Парент приводят сеть ресторанов Godfather's Pizza{229}. По оценке YouGov's BrandIndex[12], до начала 2011 г. избиратели и Демократической, и Республиканской партий относились к этой сети одинаково. Затем в мае 2011 г. бывший генеральный директор сети Герман Кейн объявил о своем выдвижении на пост президента США от Республиканской партии. Во время этой кампании активно обсуждалась работа Кейна в должности генерального директора 15 лет назад. Внезапно между республиканскими и демократическими любителями пиццы пролегла пропасть. Популярность Godfather's взлетела среди республиканцев и рухнула у демократов.
  Приятно думать, что наши политические предпочтения основаны на личных, беспристрастных решениях и суждениях о кандидатах и политике. Но на самом деле становится все очевиднее, что на первом месте стоит мировоззрение, которое влияет на то, как мы интерпретируем факты.
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments